-- Это мой муж. Я нашла его на дороге в Баги. Он расшибся. Мы выходим его, и, когда он поправится, пастор нас обвенчает...
Вы пишете, что в Чехии лучше всего возделывать французский сорт, так называемый "шевалье". Стало быть, Чехия и Франция! Отлично! Понимаем, в чем тут дело, да и всякий поймет...
Скоропечатня бед, Счастья бесплатный номер. В Гаммельне собственных нищих нет. Был, было, раз - да помер...
Ремонт мебели, обивка мягкой мебели. МастерМебель - это коллектив лучших мебельных специалистов, которые способны выполнить любые заказы по ремонту и восстановлению мебельных изделий, а также по поиску и изготовлению офисной мебели. Громадный опыт наших мастеров подарит возможность реализовать все Ваши желания. www.remont-mebel.ru
Алигьери Данте средневековый итальянский поэт и философ 1265 - 13 сентября 1321
Данте Алигьери был поэтом, литературоведом, богословом и политическим деятелем. Он вошел в историю мировой литературы как автор монументального эпического труда - "La divina commedia" ("Божественная комедия"), отразившего взгляд с точки зрения христианской морали на бренную и короткую человеческую жизнь.
Все, что известно о жизни Данте, известно с его слов. Он родился между 21 мая и 20 июня 1265 года во Флоренции и всю жизнь оставался предан своему родному городу. Данте писал о своем учителе Брунетто Латини и об одаренном друге Гвидо Кавальканти. Мало известно о семье Данте - в "Божественной комедии" не упоминается ни об отце, ни о матери, ни о братьях или сестрах. Вероятно, его мать, которую звали Белла, умерла достаточно рано. После её смерти отец женился на Лапе ди Кьяриссимо Кьялуффи, и в этом браке родились сын Франческо и дочь Гаэтана. Около 1283 года умер и отец Данте, оставив детям скромное, но очень уютное имение во Флоренции и загородный домик. К этому периоду относится женитьба Данте на Гемме Донати.
Жизнь Данте была поставлена в зависимость от затяжного конфликта императора и Папы. Огромную роль во Флоренции в то время играл бывший изгнанник Брунетто Латини, друг и учитель Данте. Этот человек обладал поистине энциклопедическими знаниями, постоянно цитировал Цицерона, Сенеку, Аристотеля и, конечно, Библию. Именно Латини более всего повлиял на раннее развитие Данте, воспитал в нем чувство прекрасного.
Данте был удивительно уверенным в себе человеком. В возрасте 18 лет он говорил, что умеет в совершенстве писать стихи и что этим "ремеслом" он овладел самостоятельно.
Достаточно тяжелыми были отношения Данте и Кавальканти. Несмотря на дружбу, Данте был вынужден участвовать в изгнании Гвидо из Флоренции. Последний заразился малярией и умер в 1300 году. В честь друга Данте написал много стихов, прославляя его удивительный талант. В поэме "Vita Nuova" («Новая жизнь») есть множество отрывков, посвященных Кавальканти. Здесь же Данте воспел первую юношескую любовь – Беатриче. Биографы идентифицируют возлюбленную Данте с Беатриче Портинари, которая умерла в 25-летнем возрасте во Флоренции в 1290 г. Данте и Беатриче стали таким же символом любовной пары, как Петрарка и Лаура, Тристан и Изольда, Ромео и Джульетта.
Смерть любимой Беатриче положило начало философским размышлениям Данте о жизни и смерти, он начал много читать Цицерона. Новой музой Данте стала Философия, она заняла все его мысли. Данте стал посещать религиозную школу во Флоренции.
В 1295 году Данте вошел в гильдию, членство в которой открывало дорогу в политику. Это как раз было время обострения борьбы между императором и Папой, так что город был снова разделен на две противоборствующие группировки - "черные" во главе с Корсо Донати и "белые", к которым принадлежал Данте. «Белые» одержали победу и изгнали противников из города. В 1300 году Данте участвовал в почетном посольстве в Сан-Джиминьяно. В том же году он был избран в городской совет, где во всем блеске проявился ораторский дар поэта. Данте становился все большим противником Папы, участвовал в антипапских коалициях. К тому времени "черные" активировали свою деятельность, ворвались в город и устроили погром своим политическим противникам. Данте несколько раз вызывали в городской совет, однако он отказывался идти, так что 10 марта 1302 Данте и ещё 14 "белых" были заочно приговорены к смертной казни. Чтобы спастись, ему пришлось покинуть родной город. Сначала он принимал непосредственное участие в подготовке военного реванша. Но тщетно. Наступило разочарование в политике, и Данте возвратился к литературе - продолжил создание "Convivio". В годы изгнания он начал писать и труд своей жизни - "Божественную комедию".
В этом великом произведении Данте ставил перед собой великую цель: реально помочь людям справиться со страхом смерти. Эта задача была в то время чрезвычайно актуальной: в душе средневекового человека, разрываемой ужасом перед адскими муками, мешались заповеди античных и христианских богов. Данте не советовал, вслед за Эпикуром, забыть о грядущей смерти и не утверждал, как философы эпохи Просвещения, что ад выдумали церковники, - он верил в реальное существование ада и в то, что смелость, честь и любовь помогут человеку выйти из него невредимым. «Божественная комедия» начинается с того, что автор, потрясенный смертью Беатриче, пытается излить горе в стихах, чтобы хотя бы в них спасти и сохранить чистый образ любимой. Но неожиданно понимает, что это она, блаженная и невинная, неподвластна смерти и может спасти его самого от гибели. И Беатриче с помощью Вергилия проводит живого Данте, а вместе с ним и читателей, через все ужасы ада. На вратах ада начертано «Оставьте всякую надежду», но Вергилий советует Данте оставить всякий страх, ибо только с открытыми глазами человек может постичь корни зла. По Данте, в ад душа человека может попасть и при жизни, ибо это не место, а состояние, в которое впадает тот, кто оказывается во власти греха. Даже если это грех ненависти – жертва и палач будут низвергнуты в ад вместе, и пока жертва будет ненавидеть своего мучителя, она не сумеет вырваться из ада.
В ноябре 1308 года Генрих стал королем Германии, а в июле 1309 года новый Папа Клемент V объявил его королем Италии и пригласил в Рим, где произошла коронация Генриха как императора Священной римской империи. Данте, который был союзником Генриха, вновь окунулся в политику. Тогда ему очень пригодился литературный опыт, поскольку он писал много памфлетов и много выступал.
В ночь с 13 на 14 сентября 1321 года Данте Алигьери скончался в Равенне.
Тем временем:
... Это Карлик говорит Инфанте. Карлик любит Инфанту. Карлик - он. Он, правда, маленький, но совсем не карлик.
...Единая - под множеством имен...
=========
Первое, наипервейшее, что я сделала, вернувшись из Крыма, - разыскала Павлика. Павлик жил где-то у Храма Христа Спасителя, и я почему-то попала к нему с черного хода, и встреча произошла на кухне. Павлик был в гимназическом, с пуговицами, что еще больше усиливало его сходство с Пушкиным-лицеистом. Маленький Пушкин, только - черноглазый: Пушкин - легенды.
Ни он, ни я ничуть не смутились кухни, нас толкнуло друг к другу через все кастрюльки и котлы - так, что мы - внутренне - звякнули, не хуже этих чанов и котлов. Встреча была вроде землетрясения. По тому, как я поняла, кто он, он понял, кто я. (Не о стихах говорю, я даже не знаю, знал ли он тогда мои стихи.)
Простояв в магическом столбняке - не знаю сколько, мы оба вышли - тем же черным ходом, и заливаясь стихами и речами...
Словом, Павлик пошел - и пропал. Пропал у меня, в Борисоглебском переулке, на долгий срок. Сидел дни, сидел утра, сидел ночи... Как образец такого сидения приведу только один диалог.
Я, робко:
- Павлик, как Вы думаете - можно назвать - то, что мы сейчас делаем - мыслью?
Павлик, еще более робко:
- Это называется - сидеть в облаках и править миром.
=========
У Павлика был друг, о котором он мне всегда рассказывал: Юра З. ?Мы с Юрой... Когда я прочел это Юре... Юра меня все спрашивает... Вчера мы с Юрой нарочно громко целовались, чтобы подумали, что Юра, наконец, влюбился... И подумайте: студийцы выскакивают, а вместо барышни - я!!!?
В один прекрасный вечер он мне ?Юру? - привел.
- А вот это, Марина, мой друг - Юра З. - с одинаковым напором на каждое слово, с одинаковым переполнением его.
Подняв глаза - на это ушло много времени, ибо Юра не кончался - я обнаружила Верины глаза и рот.
- Господи, да не брат ли вы... Да, конечно, вы - брат... У вас не может не быть сестры Веры!