.. Скажете - нет? Помните май! Все могло быть по-другому... Ничего не было... Даже грустно. Вам не грустно? АСТАФЬЕВА. К чему это вы говорите?.. ТРЕТЬЯКОВ...
"
..
Явятся Красный Бык и полковник верхом на коне, но отец говорил, что сначала придут два человека, чтобы подготовить почву...
... О, я спешить не стану; но те, кто начал криком: "Долой Мазарини!", в конце концов будут кричать "долой" всем этим людям, каждо- му по очереди. Кардиналу Ришелье, которого они ненавидели, пока он был жив, и о ко- тором только и говорят с тех пор, как он умер, приходилось хуже меня - ведь его несколько раз прогоняли, и очень часто он боялся быть выгнан- ным. Меня же королева никогда не прогонит, и если я буду вынужден усту- пить народу, то она уступит вместе со мной; если мне придется бежать, она убежит вместе со мной, и тогда посмотрим, как бунтовщики обойдутся без своей королевы и короля. Ах, не будь я иностранец, будь я француз, будь я дворянин!.. И он снова впал в задумчивость. Действительно, положение было трудное, а истекший день усложнил его еще более. Мазарини, вечно подстрекаемый своей гнусной жадностью, давил народ налогами, И народ, у которого, как говорил прокурор Талон, остава- лась одна душа в теле, и то потому, что ее не продашь с публичных тор- гов, - этот народ, которому громом военных побед хотели заткнуть глотку и который убедился, что лаврами он сыт не будет, - давно уже роптал. Но это было еще не все. Пока ропщет один только народ, двор, отделен- ный от него буржуазией и дворянством, не слышит его ропота; но Мазарини имел неосторожность затронуть судебное ведомство: он продал двенадцать патентов на должность парламентских докладчиков! Между тем чиновники платили за свои места очень дорого; а так как появление двенадцати новых собратьев должно было снизить цену, то прежние чины соединились и покля- лись на Евангелии ни под каким видом не допускать новых докладчиков и сопротивляться всем притеснениям двора; они обязались, в случае если бы один из них за неповиновение потерял свою должность, сложиться и возвра- тить ему стоимость патента. Вот какие действия были предприняты с обеих сторон. Седьмого января около восьмисот парижских купцов собрались, возмущен- ные новыми налогами на домовладельцев, и, избрав десять депутатов, отп- равили их к герцогу Орлеанскому, который, по своему старому обычаю, за- игрывал с народом...
